Tags: Одесса 2 мая

Дело Дениса Шатунова: кривая ухмылка украинского «правосудия»

Активист «Куликова поля», осужденный на 10 лет за разговоры о желании отомстить за убитого националистами друга, ждет помощи общественного движения «Украинский выбор» и рабочей группы по обмену военнопленными.

Четыре года назад, 2 мая 2014-го, на глазах у всего мира разыгралась чудовищная трагедия в Одессе – только по официальным данным, она унесла жизни 48 человек. Реальные цифры могут оказаться гораздо выше и страшнее – около 300 погибших – и не только укрывшихся в Доме профсоюзов активистов «Куликова поля», но и совершенно случайных людей, просто испугавшихся разъяренной толпы украинских нацистов.

Наказания убийцы так и не понесли.

Киевская власть успешно имитирует правосудие, несмотря на давление, пусть и довольно вялое, международных структур. При этом до сих пор многие из тех, кому удалось тогда выжить, томятся в неволе. Они сидят за свои идеи. И убеждения. Один из них – Денис Шатунов, одессит, которого украинский суд приговорил к 10 годам лишения свободы за... За некий разговор.

Но обо всем по порядку. Денис Шатунов и его супруга Анна изначально не были, что называется, пророссийски ориентированными. Они вышли против Майдана в Киеве, понимая, что ничего хорошего Украине государственный переворот не сулит. Может, Янукович был и не без греха, но те, кто тогда свергал его, у нормальных граждан вызывали лишь ужас. Действовать решились, как это часто бывает, единицы. Причем, как известно, действие это выражалось в исключительно мирном протесте, хотя война в распадающейся стране уже шла. К моменту майских событий уже зашел в Славянск Игорь Стрелков – именно 2 мая украинские войска возобновили наступление в районе этого населенного пункта. Одесса предпочла мирный путь, и теперь весь мир знает, что такое «Одесская Хатынь». Впоследствии один из активистов «Куликова поля» скажет: «Одесса пала, потому что мы не готовы были убивать».

Убивали их. Стреляли, жгли, забивали арматурами. Врачи 11-й одесской клинической больницы девять дней боролись за жизнь 34-летнего реконструктора Евгения Лосинского. 2 мая он получил ранение в живот. Такие травмы считаются одними из самых тяжелых.

Евгений Лосинский
Евгений Лосинскийfacebook.com / Лука Лосинский

Спасти Лосинского не удалось.

Несмотря на то, что в распоряжении следствия имеются фото- и видеосвидетельства, а также показания очевидцев, убийца Лосинского до сих пор не привлечен к ответственности. Такое оно, «правосудию» по-украински. Сергей Ходияк, евромайдановец, демонстративно стрелявший по безоружным людям из охотничьего ружья, смертельно ранил Евгения Лосинского. Ранения тогда получили также главред интернет-издания «Думская» Олег Константинов и милиционер. Скорее всего, пострадавших больше…

Ходияк вины своей не отрицает. Больше того, он горд собой, а в своей среде пользуется еще и уважением. Одесский судья Виктор Попревич под давлением радикалов взял самоотвод.

«Зачем вам эта ответственность? Снимите ее с себя, и пусть это дело рассматривают дальше другие», – шепнул ему нардеп от «Радикальной партии» Игорь Мосийчук, появившийся на суде с несколькими десятками националистов. Вроде, и не угроза. Формально. Но судья предпочел не рисковать. В результате убийца гуляет на свободе.

Восстановить справедливость решил Денис Шатунов. Не решил даже, а только задумался над тем, как несправедлив мир. Активист «Куликова поля», он занимался безопасностью палаточного городка. Лосинский был его другом. Близким. Денис тяжело переживал его смерть. Кроме того, вскоре после трагических событий на «Куликовом поле» он, как и многие другие активисты, подвергался гонениям со стороны властей. В частности, Шатунова уволили из оружейного магазина, потому что «негоже «сепаратистам» оружие продавать». Видимо, пережитое, потеря друга и навалившиеся вслед за этим проблемы стали причиной того, что где-то через год после гибели Лосинского Денис все чаще стал задумываться о возмездии. Месть – как суд.

Дениса задержали 9 июня 2015 года. Видео ареста Дениса и обыска дома у Шатуновых впоследствии было выложено в Интернет.

«Все это сняли на видео, а затем выложили на сайте ведомства. Оттуда оно попало в СМИ. Там были нарушены права человека на конфиденциальность, были разглашены мои личные данные, в кадр попал адрес. На следующий день после того, как видео оказалось в медиапространстве, около дома была взорвана будка парковщика – бросили бутылку с «коктейлем Молотова. Не думаю, что это случайное совпадение… В полиции мое заявление проигнорировали – даже не вызвали к следователю», – рассказывает Анна.

Потом был суд. Денис признал вину. Вину за то, что думал, говорил в кругу близких и знакомых, что тяжело ему ходить по тем же одесскими улицам, по которым ходит убийца его друга.

Денис Шатунов

«Я не могу вернуть тех событий обратно, тогда бы я поступил по-другому, дождался бы законного решения по Ходияку. Раскаиваюсь в совершенном. Но на тот момент боль утраты была сильная. Человек, который совершил это убийство, должен понести наказание. Ему инкриминируют не только убийство Лосинского, но и ранение милиционера, журналиста. Но он так и не понес никакого наказания. Я действовал в состоянии аффекта», – заявил Денис на суде.

Несмотря на то, что речь идет не об убийстве, а всего лишь о покушении, притом, в состоянии аффекта, Шатунова приговорили к 10 годам лишения свободы. 10 лет – за слова, за разговоры, за мысли. По такой логике можно сажать любого, кто в сердцах бросит фразу «Да убить тебя мало!»

Примечательно, что сам «потерпевший» – Сергей Ходияк – на суде заявил о том, что претензий к Шатунову не имеет.

«Это самое удивительное. Он пришел в суд раз, другой. Сказал, что не понимает, о чем речь, Дениса не знает, никак от него не пострадал», – говорит Анна.

Одной из причин, по которой прокурор выступил против удовлетворения апелляции защиты Дениса, было то, что экспертиза не подтвердила душевного волнения Шатунова, а его раскаяние «должно быть не только искренним, но и действенным».

Реальная же причина – исключительно политическая.

По мнению Анны Шатуновой, ее супруг находится в колонии строгого режима (города Черкассы) за свои убеждения. Даже не пророссийские – антимайданные.

А убийца остается на свободе – пьет пиво с друзьями, ходит на футбол, радуется весне.

«Его задерживали в Киеве, суд был, но его сторонники срывали заседания, дело «зависало» в прокуратуре. Кроме того, полиция сообщала, что у него дома находили наркотики, взрывчатку и оружие. Наверное, сыграли роль какие-то личные связи в прокуратуре, полиции. Разве это справедливый суд?» – задается вопросом Шатунова.

Сергей Ходияк
Сергей Ходиякfacebook.com / Сергей Александрович Ходияк

Совсем недавно, в феврале 2018 года ее мужу было отказано в помиловании от президента – до этого Денис также получил отказ в пересмотре дела в апелляционном и кассационном судах. Формальная причина – нарушение дисциплины еще в СИЗО. В чем именно это заключалось, ни сам Денис, ни его адвокат выяснить не смогли и вообще, первый раз об этом услышали. Несмотря на то, что он достаточно молод – ему 32 года, в заключении у Шатунова начались проблемы со здоровьем.

«Он страдает гепатитом, у него диагностировали острый гастрит, с сердцем также проблемы – недавно был сердечный приступ, он неделю пробыл в больнице», – рассказала Анна.

После ареста мужа ей стали поступать угрозы от радикалов; продолжались они долго. В конце концов, Анна не выдержала и решила покинуть территорию Украины. Сейчас живет в России и пытается вызволить супруга, подавая прошения о помиловании и стараясь организовать обмен.

С обменом тоже непросто. Дениса пытались внести в списки представители ЛДНР, однако украинская сторона не согласилась, сославшись на уголовный характер статьи. Со стороны ДНР также проблемы – его включение в списки на обмен назвали «технической ошибкой» – по той же самой причине, из-за уголовного характера статьи. У Анны, когда она об этом узнала, случился сердечный приступ, уже далеко не первый. Первый был, когда огласили приговор Денису.

Денис Шатунов
Денис Шатуновtimer-odessa.net / Prt Scr

«Дело в том, что Киев максимально настроен на то, чтобы обменивать людей, имеющих минимальное отношение к противостоянию с режимом. Так называемых телефонистов – людей, наболтавших лишнего по телефону, или в соцсетях, размещавших демотиваторы и тд. Охотно меняют пенсионеров, а порой тех, кому до конца срока осталось месяц-два. Назойливо пытаются просовывать в списки обычных уголовников. В общем, делают все, чтобы тех людей, которые действительно потом пойдут воевать или как-то иначе деятельно бороться с Киевом, не обменивать», – рассказал в интервью ФАН журналист, экс-военнопленный Юрий Ковальчук, недавно сам прошедший процедуру обмена.

То, что все прошло удачно, его друзья и близкие называют не иначе как «чудом». В случае с Денисом до «чуда», похоже, далеко, и Анна также догадывается, что со списками на обмен не все прозрачно.

«Наше место просто кто-то выкупил, кто-то вышел из тюрьмы вместо Дениса», – полагает она, считая его, безусловно, политзаключенным, несмотря на обвинение по уголовной статье.

Она не отчаивается и даже ездит, несмотря на риск, на свидания с мужем. На Украине у Дениса осталась бабушка, которая была его единственным опекуном, и несовершеннолетний ребенок от первого брака. Во время поездок в Незалежную Анна воочию видит, насколько были правы Денис и его единомышленники, выступив против Майдана.

«С одной стороны вроде бы мирная жизнь, люди сидят в кафе, ходят в магазины, но не у всех на это есть деньги. А как быть бабушкам, у которых пенсия 1500 гривен, а квитанция за коммуналку пришла на 1700», – так она описывает реалии новой, постмайданной Украины.

В будущем Анна хотела бы вернуться домой, в родную Одессу. Но пока это невозможно. Она растит дочь от первого брака и сожалеет о том, что с Денисом не успели завести общих детей.

«Мы не теряем надежды, уже написали заявление на имя Виктора Медведчука, он лидер общественного движения «Украинский выбор», и отправили данные руководителю рабочей группы ЛНР по обмену военнопленными Ольге Кобцевой. Воевать или снова пытаться отомстить за друга Денис, конечно, не будет, – говорит Анна. – Революцию делать тоже не собирается... Мы просто хотим быть вместе. Разве это так много?»

Автор: Наталья Макеева; Марина Талагаева

https://riafan.ru/1035434-delo-denisa-shatunova-krivaya-ukhmylka-ukrainskogo-pravosudiya

Русский мир. Сакральная жертва

Оригинал взят у shurabalaganoff в Русский мир. Сакральная жертва
Оригинал взят у nafanyabesfamil в Русский мир. Сакральная жертва
Оригинал взят у ovod_next в Русский мир. Сакральная жертва
Майские праздники 2014г я провел на даче под Николаевом. Компьютера и интернета не было, телевидение, естественно, украинское, посему отрывки новостей стали появляться только к вечеру 2 мая на волнах какой-то радиостанции, с трудом прослушиваемой на средних волнах. Но, возможно в силу моей поэтической интуиции, повеяло от них могильным холодком. Вслушивался в эфир всю ночь, всё яснее понимая весь масштаб происходящей трагедии Новороссии – окончательной и бесповоротной.
Хотя и до этого было ясно – к чему всё пришло, но человеку всегда даже в самые роковые минуты хочется надеяться на лучшее, пусть даже на чудо…особенно русскому человеку – на авось! А за спиной были уже три месяца непрерывных демонстраций, одухотворённые верой, светлые лица лучших из земляков, посмевших выйти на площадь. Шутки, песни, танцы, лозунги – и восторг оттого, что, оказывается, с тобою рядом в одном городе живут ТАКИЕ люди! А ты раньше этого не знал. Вера в русское братство, которая передавалась даже силовикам, постоянно крутившимся вокруг, кто в форме, кто в штатском – и с видеокамерой.Collapse )

Май... Одесса... Холокост (Николай Смоленцев) / Стихи.ру

http://www.stihi.ru/2015/05/02/878

Май... Одесса... Холокост

        *   *   *
nur die Liebe ist heute verboten
на работу шагает пехота
жечь людей  виртуозно по нотам...
так в селенья несли огнеметы
внуки Вагнера, правнуки Гёте...
если смерть ужасает кого-то
это просто такая работа
ist arbeiten...
das brennen...
die roten...

ОДЕССА, 2 МАЯ: ПРОСЬБА О РАССЛЕДОВАНИИ ООН

Как граждане Украины, мы считаем, что правосудие должно быть предоставлено народу Украины украинскими властями.
Однако, ввиду отсутствия прогресса в каком-либо из всех назначенных до сих пор расследований и из-за отсутствия признаков, что хотя бы какое-то из этих расследований когда-либо приведет к торжеству истины и правосудия, мы обращаемся к Организации Объединенных Наций как к независимому и авторитетному источнику эффективного расследования этих преступлений. Мы надеемся, что такая процедура Организации Объединенных Наций приведет к возобновлению усилий со стороны украинских властей, чтобы предоставить жертвам и их семьям долгожданное и обещанное правосудие, и побудит власти Украины к незамедлительному расследованию и наказанию истинных виновных (организаторов и исполнителей) этой трагедии.

ПЕТИЦИЯ

СОВЕТ МАТЕРЕЙ 2 МАЯ 2014

ОБЩЕСТВЕННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ ЖЕРТВ НАСИЛИЯ В ОДЕССЕ

ПРИЗЫВ К НЕЗАВИСИМОМУ И БЕСПРИСТРАСТНОМУ РАССЛЕДОВАНИЮ ПОД ЭГИДОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ

Мы, матери, отцы, братья, сестры, родственники и друзья жертв насилия 2 мая 2014 года в Одессе, а также одесситы, поддерживающие возвращение законности и этот призыв к справедливости, обращаем наши надежды на Управление Верховного комиссара Организации Объединенных Наций по правам человека и просим назначить группу экспертов для проведения независимого, беспристрастного, объективного и заслуживающего доверия расследованиям трагедии, которая привела к гибели по меньшей мере 48 человек.

Просьба репоста.
Если ты неравнодушен, если сочувствуешь матерям погибших Одесситов,
подпиши петицию - http://odessa2may.wesign.it/ru

НИКТО НЕ ЗАБЫТ...НИЧТО НЕ ЗАБЫТО

Одесса. Оккупация

Татьяна Геращенко. Журналист, Одесса

2 мая в 8 утра оккупация уже не просто напомнила о себе грохотом бронетехники, но и материализовалась в окне — в виде полиции, остатков милиции, военных и активистов-нацистов, рыскавших по двору. Последние интересовались у местных, где здесь сквозные проходы.

Разгадка проста — мой дом находится в паре метров от Куликова поля. В известном, знакомом каждому одесситу дворе в центре города, — и пишу я это для того, чтобы раз и навсегда закрыть тему якобы поделенной на два лагеря Одессы, условно говоря, на майдан и антимайдан. Потому что только не одессит может не знать расположение сквозных проходов в самом сердце старого города.

Да, пара-тройка «патриотов по вызову» (делаю акцент — «по вызову») в Одессе имеется, ибо в семье не без урода, но массовость и удобную украинским СМИ картинку на наци-акциях создают заезжие гастролеры, которые «мирно» — после того как застрелят кого-то или сожгут — интересуются? «как проехать к автовокзалу?». Ну а до того изучают «сквозные проходы». С этим разобрались.

Ну а я, глядя в окно, чувствовала себя Штирлицем — хотелось, как в анекдоте, переставить на подоконнике цветок за неимением тридцати трех утюгов, но анекдот кончился сразу на выходе, и дело даже не в отсутствии государственных флагов с траурными лентами. Зачем лишний раз напоминать, под какими цветами людей сожгли? Но с точки зрения государства, если оно, конечно, государство, упорное игнорирование «Одесской Хатыни» — это плевок в лицо всему цивилизованному миру, скорбевшему вместе с одесситами. Да и «игнор» какой-то странный получается: какая-то там вата сама себя сожгла — зачем тогда боевиков со всей страны стягивать?

Как мы, одесситы, и предполагали, на Куликово поле нас не пустили под «благовидным» предлогом того, что оно «заминировано». Надо сказать, что «минировали» Куликово и год назад, однако тогда ритуальные топтания по полю, то есть «разминирование» и ковыряние в носу успели провести к началу панихиды. На этот же раз такой цели даже не стояло, даже металлоискатели нагородили лишь для вида — всего два (в прошлом году их было десять): тысячи и тысячи одесситов шли бы через них сутки, а то и больше, вынимая из карманов подозрительные ключи и носовые платки.

Правоохранители неофициально роптали — мол, их шантажируют националисты: «пропустите вату, устроим второе 2 мая». Самих же националистов попросту напугал этот бесконечный поток людей, собравшихся по периметру поля еще задолго до панихиды — такого количества своих единомышленников им не удалось бы обеспечить? свези в город хоть все хутора вместе с европейскими мегаполисами вроде Стрыя и Гадяча.

Думается, предвосхищая события, те, которые не одесситы, и запустили по городу зловещие слухи, и сопроводили канун скорбной даты различными провокациями. То в банк из гранатомета пульнули (чем не повод усилить «антитеррористические меры»). То два подвида местных евромайдановцев начистили друг другу балаклавы под зданием городской думы. В вузах со студентов брали расписки в том, что 2 мая они не выйдут на митинги, а в школах аналогичные бумаги принуждали подписывать родителей.

Волна обысков, прошедших у куликовцев, их вызов на допрос в СБУ (когда я это пишу, они все еще на допросах). Прибытие в город Корчинского, пообещавшего на сей раз спалить еще и мэрию. «Азов». Заявки ряда откровенно нацистских организаций на проведение именно 2 мая и именно на Куликовом поле строевой подготовки и конкурсов патриотической песни. «Слепота» судьи, не увидевшей разницу между боевиками и «Советом матерей Одессы», организации, состоящей из родственников погибших куликовцев (выжившие жертвы концлагеря поминают замученных насмерть вместе с карателями, весело напевая «дойчланд зольдатен»). А суд, напомню, не удовлетворил иск мэрии о запрете всех акций на поле 2 мая, хотя разумно было бы не пустить туда только радикалов.

Заявления шариковых от большой политики о приказе «стрелять без предупреждения», город, заполненный бронетехникой и собаками с людьми с автоматами, опять-таки, «мирно» хлебающими воду из французских фонтанов и «фоткающимися» с памятником Утесову (собаки этого не делали). Снайперы, удобно разместившиеся на крыше соседствующего с Куликовым полем зданием обладминистрации…

Все это, если честно, не вдохновляло. Люди боялись. У людей сдавали нервы. Но они пришли.

В результате мы собрались перед центральным входом на Куликово. За какие-то минуты букеты сложились в сплошное цветочное полотно. Как и ранее, здесь были письменные послания со всего света. А участники панихиды, стоящие с табличками «Германия», «Израиль», «Нидерланды» — мы с вами! — говорили сами за себя.

Многих в бесконечном ожидании добивала жара, ведь при ярком солнце Куликово поле и подходы к нему превращаются в раскаленную сковородку. Не в силах стоять люди садились прямо на землю, жаль было инвалидов и стариков. Многим стало плохо, в частности двум одесситкам из группы, негласно получившей название «Женщины Куликова поля» (это их руками в жару и в снежные завалы поддерживался импровизированный мемориал). Одна из них потеряла сознание и первую помощь ей оказывали в дежурившей рядом «скорой».

Устрашающе, по задумке, на одесситов должны были действовать бесстрашно охранявшие одуванчики автоматчики, но проходящие мимо не всегда удерживались и периодически напоминали им то, кем, по мнению одесситов, они являются — оккупантами. Камуфляжные визави, тоже млея от жары и скуки, корчили в ответ неблаговидные рожи, — ну точно как в обезьяннике: «Чого знымаешь? Я тэбэ шо — звизда»?

«Работы по разминированию» велись отважно и больше напоминали боевой привал.

Из провокаций на поле? Ну, правосек подрался с азовцем. Также у меня на глазах полиция попросила отойти от подходов к полю живописного толстого мужика в вышиванке с оселедцем — то ли потому, чтобы не раздражал городских людей своим сельским, не подобающим траурному мероприятию видом. То ли определили наметанным взглядом, что у живописного патриота вовсе не глиняная свистулька с собой и не бусинка — не их же в самом деле приносят на строевую подготовку… Жаль, не было всей этой прыткости в то же самое время, но два года назад.

А люди наблюдали за цирком злых клоунов и ждали. Надеялись на то, что их все-таки пропустят, причем, несколько раз, — когда на поле с большим опозданием появились нардепы Оппоблока (националисты заблокировали их в аэропорту), и когда к полю подъехал автобус с родными погибших куликовцев. Последних встречали аплодисментами, как героев, ибо то, что каждый день приходится переживать этим людям, словами не передать. Достаточно и того, что два года назад даже кресты на могилах их родных были сожжены.

Но чуда не случилось. На поле не пропустили даже матерей. На этот раз на них были футболки с портретами своих детей, и они как всегда, отворачивались от объективов, чтобы никто не видел их слез. Но не получалось, и все это происходило на глазах жевавших сопли представителей ОБСЕ.

Какой на этот раз последние вынесут вердикт? Даже если и дельный, то прислушаются ли к ним в Киеве?.. Вряд ли.

Традиционные черные шары, символизирующие души невинно убиенных, и голубей в небо запустили, так и не попав на поле. А иностранные журналисты — отовсюду звучала английская и немецкая речь — никак не могли понять, почему у них на родине об одесской трагедии помнят, посылают за тридевять земель на столь знаковое событие, а у нас за то же самое грозят «стрелять без предупреждения» и глумятся над памятью и чувствами целого города. Хотите сказать, теперь эти репортеры еще раз напомнят о трагедии Одессы всему миру? А Киеву чхать!

Кстати, когда я начинала писать этот текст, на часах было 24:00, а люди до сих пор шли к Куликову полю.

Таким образом робкие попытки политиков, готовящихся к очередным выборам и резко меняющих взгляды с радикальных на «вашим и нашим», простите, но ни в какие металлоискатели не лезут, — а они истово призывали сидеть 2 мая дома и молиться в храмах.

Ребята, так можно и вовсе до маразма договориться. А если националисты опять вознамерятся петь патриотическую песню 9 Мая на Аллее Славы и, чтоб им не мешало, затушить Вечный Огонь, то вы также нагадите на полувековую традицию и погоните всех в храм, а все памятные места оцепите автоматчиками и собаками?

Да только не следует забывать — на теле истории заживают царапины, но никогда — раны.

Много фотографий тут http://www.politnavigator.net/odessa-okkupaciya.html

Прошедшие сквозь огонь. Воспоминания бойца Одесской Дружины | Журналистская Правда

Воспоминания простого одессита о "Доме профсоюзов" 2 мая 2014 года

http://jpgazeta.ru/proshedshie-skvoz-ogon-vospominaniya-boytsa-odesskoy-druzhinyi/?_utl_t=lj Прошедшие сквозь огонь. Воспоминания бойца Одесской Дружины | Журналистская Правда

Драка на Куликовом поле: на бойцов «Правого сектора» напал «азовец»? • Таймер

Молодой человек, ударивший 2 мая на Куликовом поле одного из активистов «Правого сектора» вероятно был членом полка «Азов».

http://timer-odessa.net/news/draka_na_kulikovom_pole_na_boytsov_pravogo_sektora_napal_azovets_978.html?_utl_t=lj Драка на Куликовом поле: на бойцов «Правого сектора» напал «азовец»? • Таймер